Волатильность
Волатильность (Volatility) — это мера изменчивости цены финансового инструмента за определённый период, выраженная в процентах годовых через стандартное отклонение доходности.
Чем выше волатильность, тем шире амплитуда ценовых колебаний — и тем труднее предсказать, где окажется цена через день, неделю или месяц. В марте 2020 года индекс S&P 500 за 33 торговых дня потерял около 34 % капитализации, а индекс волатильности VIX подскочил с 14 до 82 пунктов. Для сравнения: в спокойном 2019 году S&P 500 колебался в пределах 1–2 % за неделю, а VIX держался ниже 20. Волатильность — не синоним риска сама по себе, но она определяет масштаб возможных отклонений от ожидаемого результата. Для трейдера высокая волатильность — это и возможность заработать на движении, и опасность потерять больше, чем запланировано.
Историческая и подразумеваемая волатильность
Волатильность измеряется двумя принципиально разными способами — ретроспективно и прогнозно. Оба дают числа в одних и тех же единицах (процент годовых), но отвечают на разные вопросы: «насколько бурным был актив?» и «насколько бурным его ожидает рынок?».
Историческая волатильность рассчитывается по фактическим ценам за прошлый период — обычно 20, 60 или 252 торговых дня. Берётся ряд дневных доходностей актива, вычисляется их стандартное отклонение и приводится к годовому значению умножением на √252 (среднее число торговых дней в году). Если историческая волатильность акции составляет 30 %, это означает, что в прошлом году цена отклонялась от среднего примерно на 30 % в обе стороны. На основе исторической волатильности работают технические индикаторы — в частности, полосы Боллинджера, которые расширяются при росте волатильности и сужаются при её снижении.
Подразумеваемая (implied) волатильность извлекается из текущих цен опционов. Она показывает не то, что было, а то, чего рынок ожидает в ближайшие 30 дней. Когда участники рынка нервничают, они покупают опционы для защиты портфелей, цены опционов растут — и подразумеваемая волатильность вместе с ними. Индекс волатильности VIX, который CBOE рассчитывает по ценам опционов на S&P 500, — самый известный агрегат подразумеваемой волатильности. Его российский аналог — RVI, рассчитываемый МосБиржей с ноября 2013 года по ценам опционов на индекс РТС.
Расхождение между исторической и подразумеваемой волатильностью — один из торговых сигналов. Если подразумеваемая волатильность значительно выше исторической, рынок закладывает в цену событие, которого ещё не было. Если ниже — рынок спокоен, возможно, чрезмерно.
Волатильность по классам активов
Каждый класс активов имеет характерный диапазон годовой волатильности, который складывается из ликвидности, регулирования и природы денежных потоков. Числа ниже — ориентировочные, на основе данных за последние 10–15 лет.
Волатильность внутри одного класса тоже неоднородна. Акция Газпрома на МосБирже и акция стартапа в секторе биотехнологий на Nasdaq формально относятся к одному классу — «акции», но их волатильность различается в 2–3 раза. Поэтому сравнивать волатильность активов имеет смысл только внутри сопоставимых категорий. Портфель, целиком состоящий из криптовалют, будет колебаться в 5–8 раз сильнее портфеля из ОФЗ — при одинаковой номинальной сумме вложений реальный диапазон колебаний отличается радикально.
Что двигает волатильность
Волатильность растёт, когда на рынок поступает информация, которую участники не могут однозначно интерпретировать. Одни начинают продавать, другие — покупать по «выгодной» цене. Результат — резкое расширение торгового диапазона. Понимание конкретных драйверов помогает отличить временный всплеск волатильности от начала затяжного кризиса.
Основные драйверы:
Решения центральных банков по ставкам. Неожиданное повышение или удержание ставки вопреки прогнозам двигает рынки облигаций и акций одновременно. В декабре 2014 года ЦБ РФ поднял ключевую ставку с 10,5 % до 17 % за одну ночь — индекс РТС на следующей сессии упал на 12 %, а RVI выстрелил выше 90 пунктов
Геополитические события. Войны, санкции, торговые конфликты. 25 марта 2022 года RVI достиг рекордных 170 пунктов — максимум за всю историю расчёта индикатора
Корпоративные отчёты. Отчётный сезон регулярно вызывает всплески волатильности по отдельным бумагам: расхождение фактической прибыли с консенсус-прогнозом на 5–10 % может сдвинуть акцию на 15–20 % за день
Ликвидность и алгоритмическая торговля. В моменты тонкого рынка (праздники, ночные сессии) алгоритмы усиливают движение, потому что стаканы заявок пустеют и каждый ордер сильнее сдвигает цену
Сезонные факторы. Исторически самые волатильные месяцы на американском рынке — сентябрь и октябрь. Первый и последний час торговой сессии волатильнее середины дня
Ни один из этих факторов не работает изолированно. Кризисы 2008 и 2020 годов были результатом наложения нескольких драйверов одновременно: экономический шок + паника + принудительные продажи по маржин-коллу. В октябре 2008 года VIX достиг внутридневного рекорда 89,5 пункта — это означало, что рынок закладывал в ожидания годовое колебание S&P 500 порядка 90 %.
Чем опасна низкая волатильность
Высокая волатильность пугает, но низкая волатильность может быть не менее опасной. Затяжные периоды спокойствия формируют у инвесторов иллюзию контроля: позиции растут, плечо увеличивается, стоп-лоссы убираются.
В 2017 году VIX в среднем держался ниже 12 — один из самых спокойных годов на памяти трейдеров. Тогда десятки фондов и частных спекулянтов зарабатывали на продаже волатильности: продавали опционы и фьючерсы на VIX, собирая «премию за спокойствие». В феврале 2018 года индекс за два дня подскочил с 13 до 50 пунктов, а ETF-фонды, которые продавали волатильность, потеряли 90–95 % стоимости за сутки. Продукт XIV (inverse VIX) был принудительно ликвидирован — инвесторы потеряли около 1,8 млрд $. Стратегия, приносившая стабильный доход два года подряд, уничтожила капитал за одну ночь.
Три признака того, что затишье опасно:
VIX или RVI стабильно ниже 15 на протяжении нескольких месяцев при одновременном росте кредитного плеча на рынке
Корреляция между активами снижается до нуля — рынок перестаёт реагировать на новости
Объёмы торгов падают, а цены продолжают расти — каждая сделка двигает рынок сильнее, но этого пока не видно
Чередование фаз высокой и низкой волатильности — нормальное свойство рынков, описанное ещё в 1960-х годах Бенуа Мандельбротом: периоды больших колебаний кластеризуются, за ними следуют периоды покоя, и наоборот. Проблема не в самом затишье, а в привычке к нему: когда волатильность возвращается, она застаёт врасплох тех, кто перестал её учитывать.
Волатильность на российском рынке
Российский рынок исторически более волатилен, чем развитые площадки. Средний уровень RVI в 2023–2024 годах составлял 28–30 пунктов — для сравнения, VIX в те же периоды держался в диапазоне 13–17. Разрыв объясняется меньшей ликвидностью, концентрацией индекса на нескольких эмитентах (Сбербанк, Газпром, Лукойл формируют около 40 % индекса МосБиржи) и зависимостью от геополитических факторов. Дополнительный источник волатильности после 2022 года — изменение состава участников торгов: доля нерезидентов резко снизилась, а розничные инвесторы, которые реагируют на новости эмоциональнее институционалов, стали доминирующей силой.
В 2025 году средний RVI достиг 38,5 пункта — максимум за десять лет, если не считать 2022-й (среднее 60,1). Из 254 торговых дней 2025 года RVI опускался ниже 30 пунктов лишь десять раз. Основные драйверы — переговоры по Украине, решения ЦБ по ключевой ставке и рекордное укрепление рубля. При этом индекс МосБиржи по итогам 2025 года изменился незначительно — волатильность была высокой, но направленного движения не было. Для трейдеров это означало широкие возможности для краткосрочных сделок, для долгосрочных инвесторов — повод не смотреть на портфель каждый день. Аналитики БКС отмечали, что статистически разворот рынка начинается, когда RVI достигает зоны 50 пунктов — после этого индекс МосБиржи обычно стабилизируется и идёт на восстановление. Волатильность показывает амплитуду колебаний, но ничего не говорит о направлении — высокий RVI одинаково совместим и с ростом, и с падением.
